Categories:

Введение (1)

Коммунистическая партия Китая с момента своего создания самоидентифицировала себя как конспиративная организация, и все действия и акции партии на начальном этапе ее деятельности рассматривались как конспиративные. Известный политик-коммунист Чжоу Эньлай именовался однопартийцами не иначе как «основоположник тайного фронта и выдающийся руководитель». 

Понятие тайного фронта (隱蔽戰線) до сих пор живо в официальных внутренних документах КПК – под ним понимается деятельность коммунистических спецслужб.

В многолетнем противостоянии республиканцев с Тайваня и материковых коммунистов, последние весьма преуспели в тайных операциях против первых. Агенты спецслужб материкового Китая проникали и проникают в святая святых Тайваня, и можно с уверенностью говорить о том, что в настоящее время не существует ни одного мало-мальски важного административного или военного органа республиканцев, в котором не присутствовала бы агентура китайских коммунистических спецслужб. 

Именно с помощью агентуры добывается львиная доля информации политического и военного характера. Той самой информации, при помощи которой ЦК КПК гибко меняет свой внутриполитический курс и умело лавирует в районе Тайваньского пролива, избегая серьезных угроз и поражений.

Итак, в октябре 1927 года руководством КПК в Шанхае было создано «центральное отделение специальных операций Коммунистической партии Китая» (中國共產黨中央特別行動科). И первая специальная операция - внедрение агента в Гоминьдановский орган разведки под название «отделение расследований» - состоялась весьма успешно. Цянь Чжуанфэй, а именно так звали агента, получил документальную информацию (текст телеграммы) о планируемых арестах  членов КПК в Шанхае, в частности начальника коммунистической разведки Гу Шуньчжана. Информация была оценена по достоинству, и в нужный момент сотрудники Гоминьдана нашли лишь пустые квартиры и малозначащие обрывки бумаги – птичка упорхнула из клетки. 

Впоследствии Чжоу Эньлай признавал, что если бы не Цянь Чжуанфэй, то история коммунизма в Китае была бы переписана.

На этапе подготовки пятой карательной операции гоминьдановских войск против коммунистов на юге провинции Цзянси, агент КПК внедрился в секретариат при штабе Чжан Сюеляна, где по совместительству служил писарем, имея доступ к самым важным документам и сведениям. Полученные им сведения предотвратили, в конечном результате, попадание коммунистов в подготовленный «котел» и их полное уничтожение. 

Полученная этим же агентом информация о создании Чан Кайши на севере провинции Шэньси некоего «штаба по ликвидации коммунистов на северо-западе Китая», была тщательно изучена и проанализирована. После долгих сопоставлений, коммунисты пришли к выводу, что Чан Кайши, отдавший приказ, им и ограничился, и в последующую деятельность штаба не вмешивался, отдав руководство все тому же Чжан Сюеляну, который втайне сочувствовал коммунистам. 

Применение методов вербовки по принципу «единого фронта» (об этом мы будем подробно говорить позже), а также использование заложника, в качестве которого выступил захваченный в плен гоминьдановский командир полка, Гао Фуюань, дало ошеломляющие результаты. Перевербованный Гао Фуюань передал Чжан Сюеляну предложения коммунистов о совместной борьбе с японцами, которые тогда хозяйничали на северо-востоке Китая, что привело к заключению Чжоу Эньлаем и Чжан Сюеляном соглашений о двустороннем перемирии, переговорах и достижении целого ряда иных договоренностей. 

Отметим при этом, что Чжан Сюелян располагал войсками, по численности в пятнадцать раз (!) превышающими силы коммунистов. Это означает лишь одно - он мог бы уничтожить коммунистов одним поднятием брови, одним движением руки, если бы только захотел. 

Искусство агентуры коммунистов выразилось как раз в том, что он - не захотел. Операция по ликвидации коммунистов провалилась, а коммунисты одним выстрелом убили двух зайцев - спасли себя от уничтожения и распылили силы Гоминьдана.

Войска Гоминьдана под командованием генерала Ху Цзуннаня дислоцировались на северо-западе Китая. И при его штабе, как и у Чжан Сюеляна, был агент коммунистов, который работал также в секретариате, будучи при этом еще и личным адъютантом командующего. 

В 1943 году был распущен коммунистический Интернационал, который, как известно, поддерживал Компартию Китая всеми силами и средствами, преимущественно из СССР. Ху Цзуннань тогда же получил приказ о нападении 9 июля 1943 года на Яньань – сердце коммунистов, где находился тогда Мао Цзэдун. Очевидно, Гоминьдан счел момент подходящим, тем более что в Яньани тогда находилось только два полка – ополченцы и охрана, противостоять нападению коммунистам было нечем и некем. 

Вот тогда то и проявился талант председателя Мао. 4 июля он направил Ху Цзуннаню грозную телеграмму с предостережением от опрометчивых шагов, ведущих к гибели. Члены партии, по его же указанию, одновременно с этим развернули широкомасштабную работу по разложению противника, мешая правду с выдумкой и всячески деморализуя войска противника. 

Невероятно, но факт - наступление на Яньань было сорвано. 

Оно повторилось в 1947 году, и организовал его все тот же Ху Цзуннань, преисполненный на этот раз решимости. Но агент, продолжавший действовать в его секретариате, выкрал генеральный план наступления, что позволило Мао Цзэдуну успешно покинуть Яньань и избежать разгрома и расстрела. 

Агент носил имя Сюн Сянхуэй, и это о нем председатель Мао сказал, что он один может заменить целую дивизию.

Error

Comments allowed for friends only

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded