Category:

Цинбан. Моряки речных перевозок

Моряки-адепты лоизма превратились в последователей тайного общества не только вследствие репрессий цинских властей. Этому способствовала также сама система перевозок продовольствия в минском и цинском Китае.

Столица минского Китая после победы над монголами переместилась из Нанкина в Пекин, каналы поставок продовольствия были переориентированы в новом направлении. По морю, по суше, по рекам фураж доставлялся в новую столицу.

Впоследствии морские и сухопутные перевозки были упразднены - расчистка русел рек решила транспортную проблему почти полностью.

Схема речных перевозок продовольствия в минском Китае
Схема речных перевозок продовольствия в минском Китае

Перевозки по рекам и водным каналам подразделялись на три основных типа. Первый тип - «прямые перевозки» (支運) - заключался в том, что рис из Цзянси, Хубэя, Хунаня, Гуандуна, Гуанси и Чжэцзяна перевозился силами гражданских перевозчиков-крестьян в склады местечка Хуайань, где его принимали под охрану военные, доставлявшие его уже в Пекин.

В 1431 году система организации перевозок была изменена. Правительство сочло, что отвлечение крестьян на перевозки вредит сельскому хозяйству и передало функции транспортировки фуража полностью в руки военных, обязав при этом крестьян оплачивать расходы военных и обеспечивать их пропитание.

Так появился второй тип - «расчетные перевозки» (兌運).

Расходы эти по своим размерам варьировались в зависимости от расстояния доставки. Сюда же (это очень важно) включался налог на потери зерна при его транспортировке.

В 1471 году система была реформирована во второй раз. Военные, доставляющие продовольственные грузы по водным каналам, получали не только оплату «командировочных» расходов, но и возмещение налога на пользование водных путей (渡江費).

Так оформился третий тип - «дальние перевозки по водным каналам» 

(漕運長運法).

Исключение делалось только для так называемых «пяти областей» в которые входили территории современных Сучжоу, Шанхая, Чанчжоу, Уси, Цзясина, Хучжоу на территории тогдашних провинций Чжэцзян и Цзянсу. Поставки фуража из этих районов осуществлялись крестьянскими перевозчиками, как это и было заведено изначально.

Маньчжуры, придя к власти, сочли возможным оставить заведенный издавна порядок, добавив при этом некоторые налоги. При императоре Канси вся система доставки провианта в столицу была сведена к третьему типу. Зернохранилища же были переданы под ответственность местных муниципальных властей.

Роль гражданских перевозок, как мы видим, неуклонно снижалась как при династии Мин, так и в начале маньчжурской династии Цин. Военные перевозки занимали в империи главенствующие позиции и вскоре практически вытеснили гражданские перевозки.

Вместе с тем, в системе перевозок процветала махровая коррупция. Достаточно вспомнить о том, что налог на потери зерна также возлагался на народ, и тогда очень легко представить, какое поле для махинаций открывалось перед представителями военной логистики того времени, если речь шла о расчетных перевозках. Хроники того времени открытым текстом говорят о случаях шантажа и вымогательств. Военные перевозки постепенно превратились в доходный ростовщический бизнес, основой которого было списание части зерна на утруску, усушку и другие потери.

Постепенно военнослужащие, отвечающие за перевозки, стали распродавать военное имущество - ведь все расходы и потребности их тут же возмещались народом и гражданскими администрациями. Заместно участились случаи дезертирства из военно-продовольственных отрядов. Видимо, наворованных средств хватало, чтобы сменить опостылевшую службу на обеспеченную сытую жизнь.

Итак, маньчжуры, придя к власти, не стали менять сложившуюся систему обеспечения столицы зерном, сочтя ее целесообразной. То, что в наследство они получили насквозь коррумпированную и неэффективную систему, они поняли уже потом, и стали принимать административные меры.

Первой мерой была ротация кадров личного состава частей, отвечающих за военные перевозки фуража. Так маньчжуры самонадеянно пытались решить проблему краж продовольствия и дезертирства. Естественно, эта мера ничего не дала.

И тогда то, а если быть точнее, в 1696 году, император Канси повелел осуществлять вербовку в транспортные войска из гражданских моряков. Это был важный момент в системе организации транспортных перевозок цинского Китая. Военные перевозки по сути больше не были военными - каждый девятый из десяти теперь был наемным гражданским моряком.

Как мы помним, именно речные моряки были в своей основной массе приверженцами лоизма и многие из них жили в скитах. Изменение качественного состава работников перевозок фуража привело к росту количества скитов, которые теперь обеспечивали жизнь и отдых моряков в ходе следования до столицы и обратно.

Новые рабочие отношения между моряками и государством породили целую череду проблем - наемные рабочие хотят получать зарплату, они имеют право увольняться, претендовать на некое социальное обеспечение. Неурегулированность этих отношений привела к созданию гильдий-профсоюзов, которые предпринимали попытки защиты прав моряков.

Создание этих организаций коренным образом повлияло на распространение лоизма в среде моряков, в частности на связи моряков со скитами и патриархами.

До возникновения гильдии моряки по всем насущным вопросам обращались к патриархам скитов, выплачивая за консультации денежные средства и осуществляя подношения в иной форме (вещами, благовониями, оказанием услуг).

Теперь все проблемы моряков решала гильдия, она была своей, она всегда была рядом. Постепенно моряки стали отказываться от ежегодной дани скитам и оказания знаков уважения их патриархам. Постепенно связь моряков и лоистских скитов и вовсе исчезла, а сами скиты утратили свое религиозное значение и превратились в общежития моряков.

Изначально связанные основами лоизма, постоянно находящиеся вместе, бок о бок работающие и живущие моряки стали еще более сплоченнее. Скиты патриархов Вэна, Цяня, Паня, игравшие ранее главенствующую роль в руководстве паствой, теперь превратились в три руководящих центра моряцких гильдий-профсоюзов.

Мы уже упоминали о том, что в 1768 году, после череды запретов разной степени строгости, лоизму был нанесен, как думали цинские власти, серьезный удар. Маньчжуры запретили деятельность скитов, реквизировали все их имущество и снесли сами постройки, не понимая, что лоизм как таковой сыграл свою роль и прежнего влияния на умы и души моряков уже не имеет.

«Жесткие» меры привели только к тому, что религиозные и гильдейские центры переместились - куда бы вы думали - на….корабли.

Флагманом лоизма стал корабль под названием «Судно благовонного огня» - именно под таким именем он и вошел в историю. Отныне все молитвы, богослужения, собрания проводились моряками на кораблях беспрепятственно, благо подозрительным маньчжурам все же не хватило сметливости проверить трюмы и каюты.

Так возник «Цинбан» - профессиональное сообщество моряков с элементами религиозных верований и обрядов.

Отметим, что слово бан () в китайском языке - община, гильдия, братство, землячество, ассоциация. В этом значении мы и будем его использовать - чем дальше, тем чаще.

Почему же он называется синим братством? Трудно ответить на этот вопрос однозначно. Иероглиф в китайском языке означает и синий и зеленый. Не исключено, что это название может быть связано с цветом воды - естественной стихией моряков, входивших в это тайное общество.

Возможно также, что этот иероглиф представляет собой имя основателя лоизма Ло Цина (Ло - фамилия, Цин - имя). В старые времена после смерти человека его имя и фамилия подлежали табуированию и не могли использоваться прямо, только опосредованно и в измененной форме. Результатом табуирования могло стать трансформирование имени – в первую часть названия общества - 青.

«Цинбан» имел относительно большое распространение среди гильдий моряков речных флотилий, дислоцированных на берегах рек провинций Чжэцзяна и Цзянсу.

Но далеко не все гильдии имели к нему отношение. Отличительной чертой «Цинбана» было сохранившееся ритуальное поклонение Ло Цину, четкая иерархия, сохранявшаяся со времен трех ведущих скитов его учеников - Вэна, Цяня, Паня, которые соответственно превратились в «Первый дом», «Второй дом» и «Третий дом».

Об этом свидетельствуют и хроники маньчжуров: в период с 1760 по 1850 г.г. в провинциях Чжэцзян и Цзянсу в состав «Цинбана» входило всего 144 человека: Цзянхуайский бан - 20 человек, Синъуский бан - 47 человек, Цзябайский бан - 36 человек, Цзяхайвэйский бан - 14 человек, Ханчжоуский бан - 14 человек, Шаосинский бан - 2 человека, Хучжоуский -бан - 2 человека, Цзясинвэйский бан - 6 человек, Чжэнцзянский бан - 3 человека.

Это с учетом того, что общая численность моряков речного флота при династии Цин в указанный период составляла до 70000 человек.

Интересен также сам факт того, что маньчжуры усиленно интересовались численностью «Цинбана» - это говорит нам о повышенном внимании цинских властей к очередному проявлению консолидации и социальной активности китайцев.

 

Error

Comments allowed for friends only

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded